«Они вернутся другими»

В Ревде задумались о том, как будут возвращать к нормальной жизни ветеранов СВО

Вот закончится СВО и что дальше? Над этим вопросом уже задумываются сотрудники центра «Ника». Своими мыслями они поделились с участниками депутатской комиссии по соцполитике. Главный вывод — времена предстоят тяжелые, работы будет очень много.

Про Центр духовного попечения во имя целителя Пантелеимона (организатор благотворительный фонд «Ника») мы подробно рассказывали год назад. Центр, по словам исполнительного директора фонда Дмитрия Вострикова, «чисто мужской». С наркозависимыми и алкоголиками, которые твердо решили, что такая жизнь их не устраивает, работают психологи, священники, соцработники. Люди имеют возможность прийти в себя, восстановиться, стать ближе к церкви и пересмотреть свои жизненные планы и ориентиры.

Кроме того, сотрудники центра работают с семьями, в которые пришла такая беда — их здесь называют «созависимые».

В центре одновременно могут проходить реабилитацию 30 человек, на сегодняшний день здесь находятся 25 мужчин. В основном это жители Свердловской области, но есть и ребята из других регионов. Ревдинец всего один.

— Реабилитацию открытого типа сложно пройти в том месте, где ты живешь, — говорит Дмитрий Востриков. — До недавнего времени ревдинцы отправлялись в реабилитационный центр в Самару, но пока там проект находится на перезагрузке, планируем его возобновить в ближайшее время.

С 2013 года через реабилитацию в центре прошли порядка 800 человек. Однако до полного возвращения к нормальной жизни дошли далеко не все — около 25%.
— Зависимость умеет ждать, — констатирует Дмитрий Востриков. — Если человек в ходе реабилитации не приобрел навык постоянной саморегуляции, самопрофилактики и не сформировал мотивацию для жизни (не знает, за что держаться, ради чего сохранять трезвость), то он недолго продержится в социуме. Но 25% — это хороший показатель, на уровне качественных реабилитационных центров. Достичь лучших результатов крайне сложно.

Председатель комиссии Сергей Филиппов сразу после окончания приветственного доклада перевел разговор в сторону реабилитации ветеранов СВО. Сотрудники центра уже имеют опыт работы с такими пациентами, поэтому сразу начали говорить о сложностях.

— Сейчас с фронта возвращаются или раненые, или те, кто ушел на фронт из мест лишения свободы, заключая краткосрочные контракты, — рассказывает Дмитрий Востриков. — Это более сложные случаи, чем просто пациенты с зависимостями, потому что степень проблемы умножается. Недавно одного такого мы были вынуждены исключить за деструктивное поведение — мы ничем не смогли ему помочь. Да он и не искал помощи: параллельно с реабилитацией успел заработать новое уголовное дело (что-то украл в Кургане). И эта проблема будет нарастать как снежный ком — мы к ней готовимся и перепрофилируем специалистов.

По словам директора центра Николая Бажина о проблеме, которая ждет всех нас, задумываются не только в Ревде. Например, епархия сейчас прорабатывает проект реабилитационного центра для бойцов СВО на территории Среднеуральского монастыря.

— Центр будет очень большой. Сначала начнут со 150 человек, потом расширятся до 300 человек, — рассказывает Николай Бажин. — Но это уже когда ребята начнут возвращаться. Мы же понимаем, что пока они точно не вернутся.

А вот отец Тихон, который сотрудничает с реабилитационным центром, сам прошел обучение в школе реабилитологов в Москве.

— Там клинические психологи делились опытом работы на освобожденных территориях, — говорит отец Тихон. — Им приходилось общаться не только с комбатантами, но и с семьями, пережившими грабежи, разбой, насилие. Они рассказывали, как работают с детскими психологическими травмами, как помогают людям вернуться к мирной жизни и найти себя в новой профессии. Пока запрос на такую помощь небольшой, но после окончания СВО мы получим огромный наплыв людей с ПТСР. Работы предстоит очень много. Часто нынешнюю спецоперацию сравнивают с Чечней и Афганистаном, но она гораздо страшнее, а значит, и последствия будут ужаснее. Готовиться надо уже сейчас. Например, обучать родственников, чтобы они понимали: их близкие вернутся домой совершенно другими людьми.

Подход в решении проблем должен быть комплексным. Одними реабилитационными центрами радикально ситуацию не исправить

— Надо усиливать как-то МВД, Росгвардию, повышать сотрудникам зарплаты, — говорит Николай Бажин, — чтобы люди шли служить в органы, потому что я думаю, преступность после окончания СВО тоже повысится. Представьте, сколько вернется бывших заключенных, да и просто людей, привыкших обращаться с оружием. Плюс, не все общество однозначно воспринимает сегодня бойцов СВО. Они чувствуют себя героями, но здесь начнется совершенно другая жизнь. Будут вспыхивать конфликты из серии «мы там воевали, а вы тут сидели». Так что к этому мы тоже должны быть готовы.

А еще сотрудники фонда говорили о том, что главное в их нелегком деле — чтобы у тех, кто нуждается в помощи, было желание за ней обратиться.

— Но большая часть тех, кто вернется не захочет этого, — заметил депутат Андрей Волков. — Из вернувшихся изменить свою жизнь захочет лишь крайне малая часть. А что же делать с теми, кто не захочет?

— Их нельзя бросать, мы должны оказывать содействие, — ответил Сергей Филиппов. — Но и давить бессмысленно. Давление всегда создает противодавление. Когда человек входит в общество и начинает притираться, он будет вынужден соответствовать его правилам. Да, это сложные люди, но ломать их нельзя.

— С такими людьми нужно будет очень много разговаривать, — говорит Николай Бажин. — Потому что они будут нуждаться в том, чтобы выговориться, после всего, что они сейчас переживают. И по своему опыту скажу, а я ветеран боевых действий, какое время им будет не хватать войны. Но мы обязательно будет заниматься всеми ребятами, которые будут приходить с СВО домой, чтобы как можно быстрее они адаптировались к нормальной жизни.